Те боги, что нам говорят о рабской доле в нашем Мире, хотят лишь опрокинуть вспять Любовь, которой их не наделили.
Мне жаль подобных сущностей, они, без исключенья тьме обязаны своим, невинным вроде бы, незнаньем Любви, которой Люди от рождения полны.
И сущность рабства, искореняемая Человеком вновь и вновь, твердит иной мотив их счастья под названьем серость, хаос, нелюбовь.
Но те, кто прибыли из блеклой сумрачности тьмы правителями стать смогли по воле нашего сознанья страха, который мы пустили в свой Святой, а дальше в детский Разум суетностью мрака.
Да, вся вина лежит на нас, а не на тех, что управляют нами, ведь те, лишь тень той Мысли, что рождаем Мы, в плену у страха и сомнений темноты, когда все смотрим на строжайшие запреты, рождения детей в Любви незримой Света, и только вечно оборачиваем взгляды на условности оплаты, как будто не ребенок появился, а зарплата.
Мы чуждые создания для тьмы, она не в силах заключить Добро в объятья пустоты, но в силах поменять сознание толпы, когда народ бежит за прибавленьем суеты, в виде пособий, или жалкой выплаты дотаций кутерьмы.
Мы, лишь рабы достатка, мысленной судьбы, которая нас тянет якобы из тьмы, ведь дар, что тьмою назван прибавленьем, убытком служит для Души, инфляция которой не спешит, но тьмой подталкиваемая неустанно, нас снова только в Страх обыденности заключит, и обернет дарованное в рваное.
Прожив всю жизнь в утробе страха, лжи, Мы в тьму подземную опять спешим, она же нам всегда готова услужить, ведь место, что под Солнцем, можно лишь купить, коль скоро место то освободить от Человека, уставшего от места, иль от света века.
Да, «Свято место пусто не бывает» — рекли не зря, Те, что из древности взывают, на нашу ревность к месту сверху в тишине взирая, которая могла и Их лишить того, что Раем называем мы давно.
Но Мы не слушаем, ни древность и не искренность Души Земли, нам только пошлость продает пути свои, и Мы за этой пошлостью гурьбой, на виселицу, иль в огонь.
Какая разница, когда не видишь в Жизни прок, а только мечешься меж голой завистью или раздетой суетой, да, там еще слепая нагота всегда готова поменять твои глаза, на тьму, чтоб видел как она все различая только ценовой политикой экстаза, и на обрывках сна ту цену грязную приклеивая сразу.
Но та цена, которой стоимость всегда одна у Человека вечности, вновь падает на бочку, жребия полна, и тихо ждет — когда же кто Ее вновь заберет.
Ту цену, что протер, ты, Человек, до дна, ту Жизнь, что прОжита, иль прожитА, промотана в соблазнах лжи, дарующей рукам лишь миражи, в пустынном Мире нелюбви…
Когда б могли еще поговорить, о сущности всех тех, кто не способен полюбить, попробовать на вкус глоток Добра, которым Человека наделила Красота, которой высь полна, а к нам спускается лишь лучиком тепла…
Да, иногда везенье в жизни у того, кто про Любовь не слышал ничего, в толпе рождают то сомнение и страх, которые все наши Мысли Добрые низвергнут в прах.
Но Свет, как не сильна была бы тьма, победу одержать готов всегда, и Солнце, что победой каждый день сильно, лишь подтвержденьем Вечного является давно.
Мы Дети Вечности, слабы своим несовершенством, и снова в бурю тьмы направив Жизни ход, теряем из виду Любви блаженство, дарующей при Жизни к Вечному восход.
Любовь бессмертна, это же неоспоримо, так Человек, живи же в поисках Любви, ведь те, кто без нее тебя хотят запрячь в рутину, не мыслят даже, что несешь Ее внутри.
Ту силу, что дана тебе Всевышним Отцом всех Маленьких Детей Земли, Ты превратишь однажды в мину, в ту мину, на которой сами подорвутся все мечты той злободневной рабской доли, которую испил и Ты, но поразмыслив о Вселенской Воле, решил освободить свой Дух от немоты, и превратить то жалкое и нищенское прозябанье воли, хотя б в такое, помогающее Людям словом, рождение своей несбывшейся пока, Любви…
Порою, Люди не оценят, Любви дарованной без лжи, ведь по привычке, Мы, как люди-тени, Любовь за страх, за подчинение и ревность, вновь принимать сильны.
Но не признание творенья твоей Мысли, глазницы опускает вниз, а лишь Любовь, которая в веках тобой твориться, не требуя в оплату тех оков бумажных иль железных лиц, что принимаем Мы.
Да, та Любовь, не требующая награжденья, но знающая цену естества, которая однажды подарив мгновенье, не спросит как за жизнь, иль даже за глоток прекрасного игристого вина.
Мгновение, вот ценность Мысли, Любовью наделенной с Высоты, и здорово, что эти смыслы не всем еще пока нужны.
То значит, есть еще работа, для Мысли чистой, без рутинной квоты, для красоты Земного свода, однажды ставшем красивей твоей заботой о милой и простой земной свободе.
Наш Мир, уродливыми Мыслями рожденный, рождает и потомков таковых, не ведающих что такое Слово, то Слово, что не знает слова лжи.
Сомненья в созерцанье мирового, глобального строительства Души Земли, нет изначально в разуме Живого, который бросил суету вовне.
Нет страха, нет печали Сердца, а только та печаль в глазах за поколение, без меры испытывающее на себе, то слово «страх».
Те боги, что даруют людям осознанье, той рабской участи при слове Бог, низвергнуты в немом прощанье, забыты будут навсегда, таков их рок.
Как не стремиться тьма, остаться безучастными лишь суждено ее мольбам за тех, кто Словом понукал напрасно, людей, уставших от борьбы теней.
Та, Светлая Любви подмога, вновь станет смыслом роковым для них, источников порока, зла, ненависти, лжи поверхности Земли…
Они исчезнут прочь с планеты, забрав с собой всю темноту ночи, чтобы смогли Святые возродить для Человека ту Вечность, о которой Мы молчим, мечтая, превращая свои будни в веселое преддверие Судьбы, которая вконец изгонит мутность из Сердца Человеческой груди.
Вот он, Рассвет, уже так близок, что верой наполняются огни, дарованные Сверху тем счастливцам, которые идя сквозь Вечность, убить свою надежду не смогли.
Приятно наблюдать вновь за рассветом, без тени облачной и тучной лжи, что, испугавшись Истинного Света, сбежать пытались в предрассветной суете ночи.
Но нет для Света ни преград, ни места, куда бы он проникнуть не сумел, и Жизнь вновь принося в Миры, и тем, нечистым, дарует Свет, в их сердце от Души, что единит любое из созданий даже темноты.
И только те, кто не воспримет истин, дарованных в который раз Земле, отправятся на поиск новой Жизни, которая лежит поближе к тьме.
Да, как не странно и такие на планете, живут, работают, и сущность хороня, о злом, о темном, неземном мечтают в предрассветье, пытаясь оттянуть Судьбы
Мгновенья и спасти себя.
Ну что ж, ведь тоже им дана возможность, познать Любовь в частичках бытия Земли, чтоб зло, что порожденье только злого, изжить они как Люди мирные смогли.
Всему свой час, и не познав Заветного Мгновенья, уйдут в веках туда, где суждено им провести, свое последующее тленье, для осознания того, что есть Добро, что зло в отсутствии Любви.
Любовь, не раз их навещая отринув ложных представлений гордый нрав, однажды разрешит, к Судьбе взывая, вновь испытать надежду на Земных мирах.
Кому то повезет однажды, быстрей отринувшему, чем другие, Страх, проникнуть дальше к Свету Мирозданья и возвращаясь, он родным Сердцам подарит Веру в то прекрасное и чудное Сознанье, Любовью что даровано Живым в Мирах.
И Доброту он принесет познаньем сокрытого, того что истинно в веках.
Так не суди же строго, Человек, богов, что стали только на Земле богами, у них сложнее участь чем Твоя.
Они не знали от рожденья добра и зла познанье, Любовь, что всем дарована с лихвой на нашем свете, их обходила стороной, верней всего, они не захотели дар приметить, и лишь себя возвысив, над простой Земной Судьбой, смогли сначала власть к рукам примерить, а дальше рабству, что всегда в Душе у Человека бой, прощением того, что в сущность Человеку не вменялось злом, решили путь открыть на благо собственного мненья…
Но вот исход той басни ясен как всегда, Свет побеждает, тьма у Света просит дна, где потемнее, ей важней цена отсутствия Любви, как это не прискорбно нам, тем Человекам, что рождены в Любви Отца Небесного и Матери Земли.
Нас проклинают все они, как будто словом месть свою опять родить хотят, но нет уж, Слово Света взяло в объятия Любви всех Человеков, сущностей Земли, и отдавать Их темной стороне — нет, и не будет в мирных планах тысячелетий Света на Земле Святой Любви.
Так не судите Люди строго Вы богов, ведь боги те, лишь темнота веков, лишь темнота рассудка Человека, что проживает без Любви, без Света, век от века…

Мы люди снаружи и души внутри,
Мы разные все и едины Нутром.
Ты только в себя, хоть чуть-чуть посмотри,
Увидишь всё то, что зовём мы добром.

Мы искорки Божьи, и Дети Земли,
Скрываем в себе весь целительный свет.
Мы плаваем в вечности как корабли,
И ищем по жизни прекрасный свой цвет.

Меняя будущее, смотрим свысока,
Награда светлая нам видится в веках.
Оракул бренности роняет взгляд,
На небе звездном подравняв наряд.
Снимаем от усталости доспехи сна,
Война сквозь убеждения земли прошла.
Нетленных знаний путеводная звезда
Твердит о сумасшествии, но ночь светла.
И вера добавляет сгустки пустоты,
Иллюзию возносит к призракам мечты.
Надеемся на будущее в мысленной нужде,
Смерть открывает двери в темноте.
Жизнь перемотана в несчетный раз,
Предскажем снова неземной экстаз.
Покинем тело, пролетят века,
Мы снова на земле, она не подросла.
Сменились лица, трассы, города,
Сравнялась с тленом прошлая мечта.
Живая изморозь прожитых дней,
Погонит тело смертное быстрей.
Влажнеет глаз при виде старых муз,
Напоминая модный давеча картуз.
Но ночь темнее стала, сквозь века
Нам просветлять ее, дарована судьба.
Сквозь смех и слезы радость перемен
Морщинок вечности расправит плен.
Глаза яснее, слово выверено шлём,
Уроки проходя, на жертвенник идем.
Несется племя, поджигая мост,
Возврата нет, несется под откос.
Срывая тело душное с кости,
Возносит душу, предсказания верны.
Из высока посмотрим тихо вниз,
Дух требует – восстань, вернись.
На помощь бренности усталого лица
Вновь облекаешь тело в поисках конца.
Бродячий образ свойственный тебе
Не изживется мнимостью страстей.
Бежишь, землею наслаждаясь и дыша,
Не редко смотришь ввысь сквозь облака.
Типичная судьба любовь несет,
Слияние двух лун тебе не в счет.
Крылатые рисунки, подержав в руках,
Улыбке на лице неведом страх.
Нет правил благодарности земной,
Порой она проходит мимо, стороной.
Не чувствуешь унылости, и повод твой-
Поднявшись, снова спустишься… Ад твой.

Искорка солнца мелькнула в глазах,
Светлой надеждой увидеть рассвет.
Раннее озеро в ярких лучах,
Бликом своим отзовётся в ответ.

Она не хочет на меня смотреть,
Она не хочет улыбаться.
О ней не думаю я впреть.
Об этом рад я вам признаться.

Любил ли я?
Наверно, нет.
И даже если да, то всеже
Оно прошло, все позади!
И вспомниать о ней негоже.

Я был юнцом и таковым остался.
И не исправишь ты меня, совсем!
Лет сорок буду я еще ребенком,
Пинать окурки целый день!

Не буду на тебя смотреть
И улыбаться я не буду, тоже.
И уж конечно мне поверь,
Не буду реки распускать по коже!

Сейчас немного стал мудрей,
На чуточку, на млиметор.
И у меня полно друзей
С которыми мне плохо быть не может!

Он ушел и небо замолчало
Он ушел и больше нет его
Он ушел но серебрянные струны
Не могут позабыть ни как о нем

Его нет в живых
Но живут его песни
Ведь они как известно
Не умрут ни когда

Его нету уже но он жить
Будет вечно
До тех пор
Пока мы вспоминаем о нем

И еще он живет
На пластинках и дисках
В теснате но зато
Там он вечно живой

он ушел на всегда
Нас навеки покинув
Как известно в Росии
Талант не желец

Все равно он живет
На пластинках и дисках
В тесноте но зато
Там он вечно живой

Каждый шаг – это средство и цель.
Мы идём то вперёд, то назад.
Мы взлетаем, садимся на мель,
Чтобы сделать ещё один шаг.

Но решаем мы сами как жить,
Или кто-то рисует маршрут?
Есть резон нам куда-то спешить,
Или нас всё равно приведут?

То нам кажется: Выбор за мной!
Нужно только всё взвесить сперва,
Я всё сделаю, я ведь Герой,
Пусть и только рассказа пока…

Наточу карандаш, напишу жизнь-роман,
Только слов не могу подобрать…
Я в сомнений попался опасный капкан
И не знаю, что делать опять…

Слово за слово – пишется шустро строка
Из решений, порой, неплохих.
Выбор сделан – плоды пожинать мне пора,
Всё зависит от нас лишь самих!..

Ну, а, вдруг, я ошибся и шаг ни туда
Сделал я, как всегда, поспешив?
Всё рассыплется, рухнет, наверно, тогда?
Боже мой! Что же я натворил?!

Или это не так, и мой выбор – обман,
Лишь иллюзия в жизни моей?
И решенья мои – это просто туман –
Всё давно уже кто-то решил?

Что же делать тогда, если как не крути,
Всех один ожидает финал?
Если уж решено, что мне ждать впереди,
Что зачем же я что-то решал?..

Хотя, может, не зря ломал голову я,
Потому что не знаю ответ
На вопрос, что терзает не только меня:
Выбор есть или выбора нет?..

Сражение сквозь праведный порок
Не каждый человек землею превозмог
Вся битва знаний только срок
Чтоб ты раскрыл любви цветок

Познание для личного желания одно
В угоду совершенству развивается давно
Не для кого дано, секрет для всех
На этом зиждется твой истинный успех

Рабами мучается весь земной народ
Ты в совершенстве наблюдаешь их исход
Во тьму ведет слепцов их страсть
Ты в болом одеянии не лезешь в грязь

От боли созерцание мыслью уберег
Твой разум чист и от земли далек
Познанье совершенства ты в себе сберег
Кому теплее стало – ты же одинок?

Сквозь вас смотреть,
нет праведности в лицах,
Кромешный ад средь дум заворожен.
Правители ночные
облекают пошлостью столицы,
Здесь странник светлый будет искушен.

Земные судьи жизни
темноту восприняли,
Со смертью споря — временным гонцом.
Тела поблекшие
на дух святой накинули,
И темным светом назвались Творцом.

Бесстрастное желанье
к завидности людского тлена,
Вас выдают среди земной толпы.
Усталость, ненависть
и блеклое обличье плена,
Подчеркивают свет чернеющей узды.

Возвышенное чувство
легкого экстаза знания,
Уверенность подарит в будний день.
Но знание двулико
в свете яркого сознания,
Со временем бросает неуверенности тень.

Жизнь проживая
как одно мгновенье ока,
Теряешь смерти временной предел.
Рожденный, отреченный,
сброшенный во тьму глубоко
Подняться силишься сквозь личный беспредел

Живая истина
в груди всегда лучится-
Отвергнутый тобой родной Отец.
Жизнь принимаешь
как судьбу, чтоб снова возродиться,
Вернуться к истине — святой конец…

Кровь, ненависть, предательство и лень-
Всему научит преисподней зверь.
Родного сына направляя в бой за тень,
Земного хаоса подарит канитель.

Порывом темного сознания пригрев,
Младенца выпестовал адский гнев.
Взрастил чернейшую науку — ложь,
Ты, человек, в нем правды не найдешь.

Красивые иллюзии создал стервец,
Бросая жалости кровавленный конец.
Младенца подкормили стоны слуг,
На лицах милых некогда — испуг.

Страсть и позор повсюду, тут и там
Все прячут серебро и злато по углам.
Срывая с обветшалых манекенов тлен,
На наготу души накидывают плен.

Гремит дробь барабанная — скорей!
Приходит преисподней жадный зверь,
Огнем глазниц желание горит,
Во тьме лукавый шепчет и дрожит.

Беснуются кликуши предвкушая трон-
Добро, любовь и радость гонят вон.
У тьмы служителей не счесть теперь,
Все в очередь стоят — открыта дверь.

Бросаются на крест цепные псы,
Их пасти полны бешеной слюны.
Бежит народ под суматохой дня,
Распятье мертвое влечет у алтаря.

Живой источник плоти-крови, здесь
Вампиров жизни человеческой не счесть.
Стон, плачь, стенания и не покой
Даруют темным кровяной настой.

Воспет Денницы страстного огонь,
Своею болью весь народ кормил его.
Все злато собрано в угоду одному,
Готовы темные к приходу страстному.

Окреп скиталец вечной суеты,
Напился крови полуприторной толпы.
Оделся светом мерзкой темноты-
Готов восстать творенью вопреки.

Слепая чернь готова вожделеть-
Все жаждут власти, тянет спесь.
За тленным хлебом тянется народ
Ладони, лбы — всё под клеймо кладет.

Свои инстинкты, обращая в обиход,
Бросает души светлые под торг.
Торопится прожить последний год-
Смерть впереди, а жизнь не в счет.

У алчного скитальца научились все
Топить испуг, воруя в нищете.
Кровь изливая на задворках дней,
Боимся в рай отправиться скорей.

Сильна в угоду властность Сатаны,
Все легионы встали у границы суеты
Над мирным людом возымели страсть,
У каждого в душе родили страх.

Настал финала долгожданный день-
Горн Гавриила выдувает тлен.
Святые Ангелы на землю снизошли,
Отправят в преисподнюю мир войны.

Земля поможет Ангелам смести
Всю чернь с лица прекрасной красоты.
Обуревает черноту святой испуг,
За плуг бы взяться — хаос среди слуг.

Бранятся, мечутся, устали ждать-
Как не пришлось бы снова воевать.
Сквозь мириады вечностей нестись
Кровавой жизни искупая облики свои.

Настало время выбора души,
И человеку больше некуда спешить-
Однажды выбравши любовь и доброту,
Навеки обретет нетленную стезю.

У ангельского нрава жесткий взор:
Ложь, ревность, ненависть — в укор.
У человека за душою света грош,
Страсть прочь, как не был бы хорош.

Настало время, выбран и маршрут,
Планета вышла из под темных пут.
Расправив крылья, светом осветит
Очередной виток святой судьбы.

И человека будущего счастье ждет,
Улыбка в сердце растопит лед.
Вселенская любовь обрушит миражи,
Не нужно больше на земле грешить.

Нам выбор снова задает вопрос
Куда стремиться — вверх иль под откос?
Мы люди, значит светлые внутри,
Стремиться будем по пути любви.